Preview

Ориенталистика

Расширенный поиск

Между Средневековьем и Новым временем: датировка нескольких фрагментов еврейско-персидской рукописи (С40 Евр. фонда ИВР РАН)

https://doi.org/10.31696/2618-7043-2021-4-5-1219-1237

Полный текст:

Аннотация

В статье рассматриваются палеографические и кодикологические аспекты нескольких фрагментов недатированного конволюта С40 из Еврейского фонда Института восточных рукописей РАН. Это список «Муса-наме» Шахина, сформированный из большого количества разрозненных отрывков. По-видимому, три крупных фрагмента рукописи – это части средневековых рукописей, которые оказались в руках одного мастера-«реставратора» в XIX в. Основываясь на сравнительно-историческом методе, автор предлагает вариант возможной датировки каждого фрагмента, считая, что перед нами отрывки рукописей конца XV – начала XVI в., созданных в регионе, где расположены города Кум и Кашан в Иране. Более точную локализацию сегодня, к сожалению, установить не удается. Однако большинством тех же свойств писчего материала, типа и вида письма, а также характером фиксации текста в памятнике (аппаратом работы писца с текстом) обладают несколько датированных и исследованных еврейских рукописей этого периода и этого региона. Датировка исследуемых фрагментов позволит ввести рукопись в научный оборот как один из редких средневековых памятников евреев Востока.

Для цитирования:


Белкина Е.М. Между Средневековьем и Новым временем: датировка нескольких фрагментов еврейско-персидской рукописи (С40 Евр. фонда ИВР РАН). Ориенталистика. 2021;4(5):1219-1237. https://doi.org/10.31696/2618-7043-2021-4-5-1219-1237

For citation:


Belkina E.M. Medieval or Early Pre-Modern? Dating Several Fragments from a Judeo-Persian Manuscript (C40 Hebrew, the IOM RAS). Orientalistica. 2021;4(5):1219-1237. (In Russ.) https://doi.org/10.31696/2618-7043-2021-4-5-1219-1237

Введение

Среди всего разнообразия еврейско-персидских рукописей особое место занимают памятники, написанные до эпохи правления Сефевидов в Иране, то есть до XVI в. Еврейские рукописи этого региона более поздних периодов, Нового времени, вне зависимости от языка имеющихся в них текстов, исчисляются тысячами и дошли до нас в хорошей сохранности. В XVI–XVII вв. персидская рукописная традиция получила новый виток развития благодаря тому, что правители пришедшей к власти династии оказались неравнодушны к искусству; местные же еврейские переписчики вторили новшествам и тенденциям своего времени. До нашего времени дошло значительное количество созданных ими рукописных памятников: это и современные им произведения, и списки лучших поэм прошлого, в том числе богато иллюстрированные. Что же касается более ранних периодов истории Большого Ирана1, то из-за многочисленных волн гонений и притеснений евреев на этих территориях, которые сопровождались попытками уничтожения целых общин, нам практически неизвестны имена средневековых еврейских поэтов Персии, за исключением, например, Имрани и Шахина. На сегодняшний день в руках исследователей находится всего менее тысячи рукописей старше XV в. [1, с. 1–20]. Именно поэтому интерес к тем памятникам, которые могут хранить в себе «следы» средневековой истории евреев Большого Ирана, особенно велик2.

В настоящей статье речь пойдет о еврейско-персидской рукописи С40 Евр. фонда из собрания Института восточных рукописей РАН. Она представляет собой недатированный конволют поэмы «Муса-наме» Шахина. Из всего корпуса памятника можно выделить условное «ядро» – три наиболее крупных по объему фрагмента текста – и вставки-дополнения, сделанные позднее другими переписчиками [2]. «Ядро» занимает более двух третей всего памятника: около 31% принадлежат руке одного мастера, 5% в середине рукописи – второго и 31% в конце – третьего переписчика.

Ниже указано полистное распределение всех трех фрагментов (согласно палеографическим данным):

  • Первый мастер (переписчик № 33): ff. 22a–26б, 28а–44б, 51а–56б, 65а–100б, 102а–121б, 123а–124б;
  • Второй мастер (переписчик № 4): ff. 125а–130б, 133а–140б;
  • Третий мастер (переписчик № 6): ff. 141а–164б, 166а–171б, 173а–182б, 184а–187б, 195а–205б, 231а–259б.

Стоит также отметить, что изучаемая рукопись имеет условного «близнеца» в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки (Евр. Нов. Серия 150). Это список поэмы «Берешит-наме» Шахина, «ядро» которого создано, по-видимому, тем же писцом, что и один из фрагментов рукописи С40 (речь идет об указанном выше переписчике № 6). Этот памятник также был отреставрирован позднее, а способ компоновки всего конволюта довольно схож с исследуемым источником («ядро» + вставки + реставрация).

Все перечисленные фрагменты представляют собой наиболее ранние рукописные списки в памятниках по сравнению с другими частями. На это указывают их палеографические и кодикологические особенности, о которых подробно речь пойдет ниже. По-видимому, перед нами компиляция нескольких поврежденных рукописей в одну, выполненная с целью сохранения оригинальных источников (применимо к рукописи С40) или же с целью реставрации текста поэмы посредством восполнения лакун рукописи анонимным мастером в XIX в. самостоятельно и / или же с помощью разрозненных фрагментов других имеющихся у него списков этого же произведения (применимо к обеим рукописям). Однако ни в одной из данных частей мы не встречаем дат создания рукописи, нет ни одного колофона.

Мы обратимся к палеографическим и кодикологическим аспектам этих фрагментов для попытки косвенно датировать их. Применение сравнительно-исторического метода в работе позволяет проследить, к какому из периодов можно отнести тот или иной источник. Опорой же для такого анализа в настоящем исследовании станет самая крупная электронная база всех датированных еврейских рукописей – SfarData [3]. На сегодняшний день в нее добавлены данные по более чем пяти тысячам еврейских средневековых манускриптов, с X в. по 1550 г., и к большинству из них приложены фотографии источников. Это позволяет проследить последовательную трансформацию шрифтов и манеры начертания букв многими переписчиками в различных регионах компактного проживания еврейских диаспор.

Палеографические аспекты

Перед тем как начать сравнительное исследование, стоит дать описания всех трех почерков, которые встречаются в «ядре» рукописи. Хотелось бы также акцентировать внимание на структурные элементы каждого из них. Проф. Малахи Бейт-Арье в описании своего видения компаративистики в отношении еврейских рукописей однажды указал на то, что метод, предложенный Дж. Маллон для сравнительной палеографии латинских рукописей, также хорош и для еврейских памятников: следует учитывать пропорции высоты и ширины каждой буквы, угол начертания, порядок начертания элементов одной буквы и их последовательность и, наконец, «вес» каждой буквы (то есть соотношение ширины вертикальных и горизонтальных элементов) [4].

В рамках Еврейского палеографического проекта (Hebrew Palaeography Project), основанного еще в 1965 г. проф. Бейт-Арье и Колетт Сират, был разработан «опросник», при заполнении которого исследователями учитывались бы все или почти все данные по кодикологии и палеографии еврейских рукописей. Он использовался при дальнейшем составлении базы SfarData, ее структура поиска и фильтрации памятников опирается как раз на те пункты, которые значились в этом «опроснике». В настоящей статье при описании почерков и писчего материала используется большинство пунктов из этой анкеты, однако остаются за рамками исследования те данные, которые не смогут помочь в датировке и локализации фрагментов рукописей4.

Первый мастер: переписчик № 3

Все буквы почти полностью вписаны в условный квадрат5, нет сильных отклонений в курсивный тип письма. Верхние элементы букв имеют полукруглую форму (буквы бет, тав, далет, реш6), вертикальные элементы не имеют ярко выраженной округлости, при этом также нельзя говорить об их следовании перпендикуляру к строке. Перед нами вариант восточного полукурсивного письма, который, однако, стремится сохранить в себе черты «уставного» квадратного типа. Почерк переписчика нельзя назвать «небрежным», это не тот полукурсив, который мы можем встретить во многих рукописях, созданных для личного пользования, например, где буквы намного более схематичны, начинают соединяться между собой, где некоторые элементы сливаются в единую черту при начертании. Здесь же на протяжении всего текста, который мы относим к работе переписчика № 3, не наблюдается подобной тенденции.

Для наглядности обратим внимание на написание буквы шин на рис. 1. На строке 12 (вторая строка на рисунке) буква шин находится в самом конце строки и имеет удлиненный правый элемент, выходящий над строкой, над буквой далет. На строке 13 (третья строка на рисунке) мы видим ту же букву шин, выписанную в последнем слове дважды в одну строку, без изгиба, без изменения высоты всех элементов. Первый раз – в начале слова – буква имеет равную пропорцию ширины и высоты. Такой вариант является основным для переписчика: при написании слова внутри строки или в ее начале он использует именно этот, наиболее приближенный к квадратному, «равносторонний» тип шрифта. Второй раз – в конце слова – мы наблюдаем удлинение правого элемента, скорее всего, как один из способов заполнения строки. Переписчик на протяжении всего текста старается не выходить за рамки условного квадрата при письме. Такой вариант, как на строке 12, мы видим исключительно в постпозиции, когда остается недостаточно места для написания полноценно пропорциональной буквы. Его «не-стремление» выписывать буквы более схематично выражается также в том, что мастер мог бы пренебречь пространством между буквами далет и шин и начать писать последнюю букву, практически не отступая от верхнего элемента предыдущей. Тем не менее он так не делает. При этом отметим, что буквы одного слова прописаны плотно, без дополнительных, излишних отступов между собой.

Рис. 1. Лист 23а, столбец 1, строки 11–13. С40 Евр. фонд, ИВР РАН
Fig. 1. Folio 23a, column 1, lines 11–13. C40 Hebrew, the IOM RAS

Предлагаю обратить внимание на рис. 1 на букву алеф: она представляет собой сочетание трех элементов, основным из которых является широкий поперечный элемент. К нему приписан довольно широкий левый вертикальный элемент (обычно без изгиба снизу), верхний же представляет собой точку, от которой движением вверх и влево начерчена диагональная строка вниз к поперечному элементу. Этот способ написания буквы алеф мы увидим еще у переписчика № 6 в исследуемой рукописи.

Второй мастер: переписчик № 4

Визуально текст этого фрагмента довольно похож на предыдущий (рис. 2). Разницу можно обозначить в соотношении длины и ширины вертикальных (более тонкие) и горизонтальных (более полные, широкие) элементов, о чем будет подробнее сказано ниже. Однако при детальном рассмотрении сразу становится заметна совершенно другая манера написания буквы алеф у этого мастера: он выписывает поперечный элемент либо ровно без отклонений, либо с небольшим изгибом влево, как будто очерчивая полукруг. Левый элемент имеет не вертикальную, а также изогнутую форму, в основном волнообразную, правый же начертан с изгибом вправо (движением руки слегка вверх и вправо).

Рис. 2. Лист 126а, столбец 1, строки 1–7. С40 Евр. фонд, ИВР РАН
Fig. 2. Folio 126b, column 1, lines 1–7. C40 Hebrew, the IOM RAS

На рис. 3 представлены для сравнения способы начертания букв алеф обоих мастеров. Здесь отчетливо видна разница в манере написания букв (с изгибом или без, в какую сторону изгиб направлен). Она прослеживается систематически в обоих фрагментах, что позволяет утверждать о работе двух переписчиков и, вероятно, о наличии двух исходных рукописных памятников. Безусловно, это предположение основывается не исключительно на способе начертания буквы алеф, о чем речь пойдет ниже, однако именно написание алеф, на мой взгляд, наиболее показательно отражает многие характеристики, присущие почеркам обоих переписчиков.

Рис. 3. Способы начертания буквы алеф у а) переписчика № 3 и б) переписчика № 4. С40 Евр. фонд, ИВР РАН
Fig. 3. Letters Aleph: a) scribe No. 3 and b) scribe No. 4. C40 Hebrew, the IOM RAS

В целом стоит отметить некую утонченность работы второго мастера. Если буквы переписчика №3 сохраняют полноту написания, т. е. вертикальные и горизонтальные элементы не сильно отличаются друг от друга по объему, по ширине, то почерк переписчика № 4 выглядит более изящным из-за последовательного утончения вертикальных черт. Вотличие от своего коллеги, он пользуется полукурсивом свободно, будто не стремясь сохранять рамки условного квадрата для каждой буквы.

Обратим также внимание на вертикальные элементы тех букв, которые выходят за строку, например, нун-софит (ן-) и коф (ק) (-рис. 2). Переписчик начинает их выводить с середины строки и не соблюдает перпендикуляр к строке, как, например, в букве ламед. Напротив, он будто намеренно выписывает их в форме волны, тем самым выделяя эту букву среди других. Это черту можно также назвать характерной для данного фрагмента.

Более того, на протяжении всего фрагмента мы наблюдаем наличие точки в середине стихотворного байта, то есть в конце первого столбца, и двоеточие в конце строки, в конце второго столбца. Эта деталь относится к аппарату работы мастера с текстом7. Она отличает первого мастера от второго, но сближает его с третьим.

Третий мастер: переписчик № 6

Для наглядности последнего тезиса приведу в пример разворот, где завершается фрагмент переписчика № 4 и начинается текст переписчика № 6 (рис. 4).

Рис. 4. Фрагмент разворота ff. 140б (второй столбец) и 141а (первый столбец), строки 1–10. Последовательность на рисунке справа (f. 140б) налево (f. 141а). С40 Евр. фонд, ИВР РАН
Fig. 4. A fragment of the ff. 140b (column 2) and 141a (column 1), lines 1–10. From right (f. 140b) to left (f. 141a). C40 Hebrew, the IOM RAS

Оба мастера пользуются идентичным аппаратом работы с текстом: завершение середины строфы и окончания строфы сопровождается графическими дополнениями (точками и двоеточием); для выделения звуков персидского языка, отсутствующих в иврите, или для обозначения конкретного звука, если позиционно буква имеет разные варианты прочтения, они используют наклонную черту над буквой (например, пей с чертой в верхней строке в обоих столбцах – для звука ф) или же точку для букв, которые замещают сразу несколько звуков (например, буква цаде с точкой для обозначения звука ч; строка 3, f. 140б на рис. 4). К тому же подобное единство можно наблюдать и в оформлении полистных кустод.

Отличие же обнаруживается в способе выделения заглавий. Тогда как второй мастер только лишь увеличивает размер букв и выравнивает шрифт по центру (не отражено на рис. 4), третий же украшает буквы сверху троеточием и наклонными чертами, создавая при этом своеобразный графический орнамент (рис. 4, f. 141а).

Его способ начертания буквы алеф, как уже упоминалось выше, сближает его манеру письма с манерой первого мастера и отличает от второго. Все три элемента написаны примерно под углом в 45% друг к другу; этим они визуально напоминают латинскую букву N. Правый элемент также выписывается движением руки влево, но при этом изгиб от точки, с которой начинается штрих, не столь очевиден, как у первого мастера (рис. 5). Надо отметить, что крайние правый и левый элементы в целом более тонкие, чем центральный диагональный элемент, но все они не имеют той изогнутости, которая наблюдалась у других переписчиков в данном исследовании.

Рис. 5. Способы начертания буквы алеф у а) переписчика № 3 и б) переписчика № 6. С40 Евр. фонд, ИВР РАН
Fig. 5. Letters Aleph: a) scribe No. 3 and b) scribe No. 6. C40 Hebrew, the IOM RAS

Остальные буквы написаны также более утонченно, заметно различие в ширине между вертикальными (более тонкими) и горизонтальными / поперечными (более полными) элементами. К тому же, несмотря на плотность начертания всех букв одного слова, ни одна из них не соединяется с другой, между соседними буквами всегда есть пространство. Даже при заполнении строки посредством удлинения одного из элементов буквы размер этого пространства сохраняется (буква шин, рис. 4, строка 10).

В отличие от своих коллег, последнему мастеру зачастую не удается вписать весь необходимый текст в одну строку или столбец, поэтому последнее слово он пишет под наклоном. Оно начинается чуть выше уровня строки, что отчетливо видно сразу на нескольких стоках на рис. 4.

* * *

Итак, все три переписчика пользуются вариантами полукурсивного письма. Некоторые буквы прописаны детально и соответствуют шрифту, который мы встречаем во многих рукописных памятниках с квадратным еврейским письмом, с его уставным типом фиксации. Другие же буквы написаны схематично, с соединением нескольких элементов, более небрежно, однако последовательно: одна и та же форма соединения прослеживается на протяжении всего фрагмента. Представляется, что за выбором подобного типа письма кроется стремление переписчиков сохранить черты квадратного шрифта, его четкость форм и каноничность написания отдельных элементов букв (например, ясное сочетание вертикальных и горизонтальных элементов, отсутствие слитности в их фиксации), поэтому отчасти этот тип письма может быть отнесен к «протополукурсивному».

В то же время на примере буквы алеф уже была предпринята попытка описать ту трансформацию буквы, которую можно было бы назвать «полукурсивной». У каждого мастера виден свой собственный подход к ее формированию, но поперечный элемент остается неизменной основой для всех описываемых выше почерков8. Это одна из характерных деталей восточного вида письма и квадратного типа письма как такового. Что же касается боковых элементов буквы, то здесь уже проявляется почерк каждого мастера: у одного эти элементы почти вертикальные, у другого более изогнутые, у третьего более тонкие. Именно эти характеристики не позволяют утверждать, что перед нами квадратный тип письма.

Подобные шрифты встречаются в рукописях с территории Персии в двух датированных памятниках: это рукопись из Тарома 1422 г. и рукопись из Кума 1484–1485 гг.Действительно, уже в кодексах, написанных на еврейско-арабском языке в самом начале XV в., можно встретить подобную переписчику № 6, нашему третьему мастеру, манеру фиксации текста на странице10. Это и способ начертания некоторых букв (той же буквы алеф), и плотность заполнения строки, и один из способов завершения строки посредством вынесения последнего слова над строкой при нехватке места на строке, хоть и не основной. Однако все буквы написаны намного более схематично, чем те, что мы видим в исследуемой рукописи.

Складывается впечатление, что перед нами некий следующий этап в развитии и трансформации еврейского квадратного и полукурсивного типа письма в регионе Большого Ирана в этот период: буквы уже «наползают» на пространство друг друга, вторая буква начинается над нижними элементами предыдущей, систематически используются лигатурные сочетания букв алеф и ламед – их переписчик выписывает буквально в две черты, пренебрегая всеми остальными элементами этих букв (всего шесть)11. В рукописи из Тарома, немного более позднего времени, чем упомянутые выше еврейско-арабские, такого еще нет. Все буквы уже наделены «полукурсивными» характеристиками (удлиненные и более изогнутые), но все же общая структура текста на странице еще сохраняет в себе черты уставного типа письма. Строка следует за строкой, буква отстоит от предыдущей. Аппарат работы с текстом переписчика № 6 и мастера из Тарома также объединяет еще следование вертикали текста на странице: слово целиком прописано перпендикулярно строке; даже если отдельные буквы приобретают тенденцию наклонного начертания, соседние буквы с вертикальными элементами их будто сдерживают, уравновешивают и выпрямляют вертикально вверх. Отсюда появляется визуальный эффект «прямого угла» между столбцом текста и строками.

Таким образом выявляется проблема косвенной датировки восточных еврейских рукописей. Если в текстах на еврейско-арабском языке 1405 г. уже заметен следующий шаг развития шрифта, тогда как в еврейско-персидских материалах 1422 г. все еще присутствует описываемая стадия, есть основания говорить о нескольких возможных вариантах развития еврейской письменной традиции в регионе: первый – еврейская письменная традиция в Персии отставала от традиции в арабских странах; второй – еврейская традиция в Персии отличалась от «арабской» и должна изучаться отдельно и иметь свою хронологию. Тем не менее каждое из этих утверждений нуждается в комментарии и, возможно, даже в опровержении. Неправомерно говорить об отставании одной традиции от другой, не имея равной выборки. К сожалению, еврейских и / или еврейско-персидских датированных материалов начала XV в. из Большого Ирана сохранилось слишком мало, чтобы обеспечить нас данными для подобного сравнения. Более того, все недатированные материалы, которые исследователи определяют как «восточные», опираясь на палеографические аспекты рукописи, делятся в основном по языковым параметрам, и потому локализации памятника, написанного на иврите, оказывается вне компетенции палеографа, так как и среди еврейско-арабских материалов, и среди еврейско-персидских наблюдается схожая тенденция развития шрифтов12. Большинство недатированных библейских кодексов или их переводов на арамейский язык (таргумов) попадают в категорию «восточная рукопись» без уточнения локализации – Ближний Восток или Центральная Азия.

Итак, автор предлагает рассматривать вторую четверть XV в. как нижнюю границу предполагаемой датировки исследуемой рукописи, а именно фрагмента третьего мастера (переписчик № 6).

Некоторые из характеристик такого типа письма прослеживаются в упомянутой выше рукописи из Кума 1484–1485 гг.: например, та же плотность букв в слове и на строке, тот же способ формирования буквы алеф. Однако здесь можно наблюдать уже не такую строгость в написании вертикальных элементов букв, выходящих за пределы строк (нун софит (ן-), куф (ק-), ламед (ל-),и др.), так как большинство из них написано волнообразно в той или иной степени (нижние элементы имеют сильный изгиб, верхние элементы – нет). В другой рукописи, 1494 г. из Кашана13, также можно увидеть подобные характеристики, а главное – сходную систему работы мастера с текстом, его аппарат фиксации текста на листе. Безусловно, каждая рукопись имеет свои особенности в силу разницы почерков переписчиков, но «вес» текста и отдельных букв на строке и листе, их расположение относительно друг друга, их угол наклона свидетельствуют об одном уровне развития и трансформации еврейского письма в это время в этом регионе. Эти же свойства были отмечены выше у переписчиков № 3 и № 4.

Надо отметить, что уровень изгиба разных элементов букв, свойственный фрагменту переписчика № 4, намного более свободный, текст визуально кажется более витиеватым. Автору не удалось найти среди датированных рукописей примера подобного шрифта, однако, базируясь на более ранних и более поздних источниках, можно с уверенностью утверждать, что перед нами фрагмент рукописи начала XVI в. По сравнению с рукописями из Кума и Кашана, текст второго мастера выделяется своей «изящностью» в палеографическом плане. Весь фрагмент отличается сложностью форм букв и наличием закруглений почти у всех элементов, чего не прослеживается в более ранних рукописях. По-видимому, это один из этапов дальнейшего развития полукурсивного типа письма в регионе в данный период.

Любопытно, что среди датированных еврейско-персидских рукописей можно также проследить вариант верхней границы существования всех описываемых в статье характеристик такого типа письма. При сравнении всех трех фрагментов с рукописью 1590 г.14 действительно ясно видны те или иные свойства, присущие исследуемым здесь почеркам, особенно по манере начертания некоторых букв, но при этом также наличествует совершенно другой аппарат работы с текстом. Например, расстояние между словами заметно увеличено, угол наклона букв разнится от слова к слову, соотношение высоты и объема букв в слове также различно. Скорее всего, в этой рукописи представлен тот вариант развития письма, который можно назвать промежуточным между исследуемыми здесь списками и рукописями XVII – начала XVIII в.

Итак, основываясь на палеографических аспектах данных фрагментов рукописи, можно датировать их в следующих границах:

  • самая нижняя граница датировки этих фрагментов – вторая четверть XV в.;
  • самая верхняя граница датировки – конец XVI в.

Стоит отметить, что такой разброс дат сокращается благодаря текстам в рукописях из Кума и Кашана. Первый и второй фрагменты, по-видимому, принадлежат к этой же региональной письменной традиции и восходят к концу XV – началу XVI в. Самым проблематичным оказывается текст переписчика № 6, так как именно по его характеристикам выстраивается структура крайних границ датировки (с разницей в более чем 150 лет!). Однако нельзя сказать, что его не следует сравнивать с источниками из Кума и Кашана. Притом что отдельные черты проявляются как в 1422 г., так и в 1590 г., целостность текста обеспечивается совокупностью манеры начертания букв писцом и его работы со всем текстом на листе, т. е. типом письма и аппаратом работы с текстом. Таромская рукопись еще не демонстрирует той описываемой последовательности в работе с текстом, хотя уже содержит ключевые палеографические аспекты, как указано выше, а текст рукописи 1590 г.15 уже превосходит тот этап развития, который мы видим на исследуемом фрагменте. Поэтому памятник, принадлежащий третьему мастеру, с большой вероятностью можно датировать также концом XV – первой половиной XVI в.

Кодикологические аспекты

Кодикологические аспекты всех трех фрагментов не так разнятся между собой, как типы шрифта, зафиксированные на этих страницах. Во всех трех случаях мастера пользуются бумагой восточного типа двух образцов: без каких либо видимых волокон и бумагой верже. Первый тип встречается у переписчика № 3, два других – преимущественно во всех тетрадях переписчиков № 4 и № 6. Не найдено ни одного развернутого листа с понтюзо, ни одного листа с водяными знаками.

Так как рукопись была отреставрирована в XIX в. (см.: [2]), сегодня сложно достоверно определить исходную структуру тетрадей одного или всех фрагментов. Тем не менее на сегодняшний день они скомпонованы из трех листов, из чего можно предположить, что когда в ХХ в. рукопись попала в руки профессиональных реставраторов, они сохранили то же строение книги, какое зафиксировал мастер в XIX в.

Вся бумага, по-видимому, была светло-коричневого или кремового цвета, сейчас же зачастую имеет коричневатый оттенок, особенно по краям листов. Она довольно плотная, но изготовлена с некоторой, скажем, небрежностью, так как отчетливо видны на просвет места, где волокна сбились в одном месте, и между ними образовались более тонкие и потому заметные и светлые слои бумажной массы. Однако на других листах отчетливо заметна структура верже, и таких просветов становится все меньше. Бумага здесь имеет некоторую внутреннюю «систематизированность». Все эти свойства Хелен Лавдей указывает в своем описании персидской бумаги. Разные оттенки коричневого цвета, как она пишет, присущи более ранним кодексам, а начиная с XV в. улучшается качество бумаги, и цвет становится более светлым. Она также отмечает, что в персидской бумаге вплоть до XV в. не часто встречается равномерное распределение волокон по одному листу; только с этого времени качество бумажной массы начинает изменяться (в лучшую сторону) и проявляется некоторая упорядоченность в производстве бумаги, что отражается на самом листе. В XVI–XVII вв. персидскую бумагу характеризует даже излишняя волокнистость, верже видны невооруженным глазом [13, с. 59– 76]. В исследуемой здесь рукописи такого еще нет16.

Проф. Малахи Бейт-Арье, в свою очередь, описывает подобные свойства относительно используемой в еврейских кодексах восточной бумаги [14]. Он отмечает, что бумага без видимых верже или понтюзо широко использовалась иудеями на Ближнем Востоке и в Большом Иране начиная с XI в. и вплоть до конца Средних веков. В 18% памятников персидского происхождения использована именно такая бумага, что значительно чаще, чем в соседнем Сиро Палестинском регионе. Что же касается бумаги верже, то в еврейских восточных рукописях это – самый распространенный вариант писчего материала в Средние века. Хотя к концу XIV в. в западных районах он уступает место другим типам бумаги, в восточных районах (Ирак, Иран и Центральная Азия) он продолжает использоваться, так как его производство здесь не заканчивалось и в XVI в.

Оба исследователя не противоречат друг другу, и, в свою очередь, их данные соотносятся с тем, что можно наблюдать в исследуемой рукописи. По-видимому, во всех трех фрагментах – бумага персидского производства XV в. или начала XVI в. Однако нельзя исключить, что это может быть бумага более раннего времени и / или же завозная из соседних регионов. Столь общие данные по ее внешнему виду и структуре совпадают с основным для многих восточных регионов типом. Однако стоит отметить, что производство бумаги с понтюзо все больше приобретало популярность в регионе Востока, поэтому процент систематического использования бумаги верже в рукописях становился все меньше. Это позволяет утверждать, что перед нами рукопись не младше XVI в.

В уже упомянутых рукописях из Тарома, Кума и Кашана использовалась бумага тех же видов. Причем стоит отметить, что в более ранней рукописи, то есть 1422 г., исследователи не отмечают наличие листов верже, только бумагу без видимых волокон. В рукописях конца XV в. бумага верже используется весьма широко, однако понтюзо не было указано ни в одном из перечисленных случаев. Это косвенно подтверждает реалистичность сделанного здесь предположения о датировке фрагментов исследуемого памятника концом XV – началом XVI в.

Заключение

Недатированные еврейские или еврейско-персидские памятники как Средних веков, так и начала Нового времени всегда представляли для исследователя ряд проблем, поэтому, вероятно, вплоть до настоящего времени они не получили того же объема внимания, как, например, сефардские или ашкеназские рукописи. Отсутствие четкой дифференциации между еврейскими рукописями Египта или Сиро-Палестинского региона («арабскими») и рукописями с территорий Большого Ирана («персидскими») усложняет задачу локализации многократно.

В этой статье была предпринята попытка вписать три имеющихся в конволюте С40 Еврейского фонда ИВР РАН фрагмента в рамки непрерывной еврейской письменной традиции этого региона в Средние века. По-видимому, перед нами памятники конца XV – начала XVI в., написанные в центральном Иране. Это подтверждает сравнительно-исторический анализ писчего материала и шрифта с датированными источниками того же времени и места создания.

Интересно, что в самом конце рукописи (f. 273б) есть приписка: «Эта книга написана в городе Самарканде Шмуэлем бен Йосефом ха-Рофе (врачом?) в 1861 г. по эре контрактов [Александра Македонского], то есть в 5310 г. от создания мира». В переводе на григорианское летоисчисление это 1550 г. Учитывая тот факт, что приписка была сделана пером много позже (этого почерка нет среди всех крупных фрагментов конволюта) и непонятно, к какому фрагменту относится данное утверждение, оно не может рассматриваться как опорный и релевантный аргумент в данном исследовании.

Однако информация этой приписки оказывается не столь далекой от правды относительно тех средневековых отрывков, описание которых приводится в настоящей статье. Нет основания утверждать, что датировка 1550 г. подходит для всех трех фрагментов, особенно для рукописи третьего мастера, скорее всего, самого раннего из всех. Тем не менее эта дата вполне может быть принята как верхняя граница датировки исследуемых здесь отрывков. Возможно, исследователям удастся найти новые сведения в провенансе рукописи, если они сохранились.

Все три фрагмента так или иначе сохраняют в себе (и раскрывают читателю и специалисту) черты средневековой письменной традиции евреев Большого Ирана. Свойства этих текстов в том, что касается палеографии и бумаги, а также с точки зрения кодикологии еще не характерны сефевидской рукописной культуре, которая начинает формироваться в XVI в. и своего апогея достигает в XVII в. Поэтому нет оснований отнести рукопись С40 к новому, многочисленному по объему сохранившихся памятников, этапу существования еврейской книжности на Востоке, к эпохе Нового времени. Эта рукопись, как представляется на основе проведенного исследования, должна действительно пополнить мировую «коллекцию» во многом утраченной и неизученной еврейской культуры Средних веков.

 

1. Под термином «Большой Иран» мы подразумеваем территории, исторически и/ или культурно находившиеся в Средние века под персоязычным влиянием, в том числе территории Центральной Азии (ныне Туркменистан, Узбекистан и т. д.) и Афганистана.

2. Во введении к каталогу еврейско-персидских рукописей Еврейской теологической семинарии в Нью-Йорке д‑р Вера Баш Морин приводит данные по всем обработанным ею в 1990‑е гг. мировым коллекциям, содержащим от нескольких десятков до нескольких сотен еврейско-персидских памятников разных времен. Некоторые ее наработки, как, например, исследование таких коллекций в Санкт-Петербурге, так и не были опубликованы, о чем она сама пишет. С момента издания «Каталога» эта информация все еще актуальна. Подробнее см.: [1, с. 1–20].

3. В более ранней статье (2019) мною уже приводился подробный перечень последовательного полистного распределения фрагментов в соответствии с их принадлежностью тому или иному писцу (по палеографическим аспектам текста). Чтобы не вводить читателя в заблуждение, здесь оставлена та же последовательность переписчиков в скобках [2].

4. Англоязычный вариант «опросника» был подготовлен проф. Ольшови-Шлангер с учетом последующих наработок и того вида типологизации шрифтов, который был ею предложен. Читатель может ознакомиться с опубликованной сокращенной этой версией опросника на сайте проекта по изучению фрагментов еврейских рукописей в переплетах европейских книг и рукописей «Книги внутри книг» (Books within Books), автором которого является проф. Ольшови-Шлангер [5].

5. Эта характерная деталь так называемого квадратного типа письма. Для дальнейшего описания важно отметить, что будут использованы две основные типологизации еврейских средневековых шрифтов, без которых, по мнению автора, невозможно палеографическое исследование.
1. Всего в палеографии еврейских рукописей можно указать три основных типа письма: квадратный тип («уставной» тип письма, буквы вписаны в рамки некого предполагаемого квадрата, буквы написаны без наклона, перпендикулярно строке), полукурсивный тип (некоторый наклон и небрежность в соблюдении рамок «квадрата», возможное пересечение элементов соседних букв, но буквы различимы и не вызывают сложности прочтения и отождествления) и курсивный тип письма (скорое начертание букв без соблюдения каких-либо рамок, слитное написание некоторых элементов нескольких букв). В англоязычной литературе используется термин script mode, в ивритоязычной– «סוג».
2. Все имеющиеся сегодня в руках исследователей типы средневекового еврейского письма были разделены на несколько регионов по географическому признаку, по месту наибольшего распространения рукописей с подобным шрифтом. Это пять основных видов письма: итальянский, византийский, сефардский (Пиренейский полуостров), ашкеназский (Западная и Центральная Европа) и восточный (Ближний Восток и Центральная Азия) [6].
В англоязычной литературе используется термин script type, в ивритоязычной– «טיפוס.«
Сочетание видов и типов письма дает возможность не только говорить о разнообразии еврейских шрифтов, но и выявить среди всего этого разнообразия вариант конкретного шрифта, используемый в том или ином письменном памятнике. Русскоязычная терминология для палеографического описания, используемая в данной статье, была предложена проф. С. М. Якерсоном (более подробно см.: [7]). Стоит также отметить, что проф. Ольшови-Шлангер благодаря своей работе с многочисленными документами, обнаруженными в Каирской генизе, предложила типологизацию, в рамках которой она различает шрифты, используемые в большей степени в рукописях (bookhand), и шрифты, характерные для восточных документов X–XI вв. (documentary) [8]. Безусловно, эта типологизация является одной из важнейших в изучении истории развития и трансформации еврейских шрифтов в Средние века, однако для данного исследования она не столь релевантна. В работах д-ра Эдны Энгель, например, при составлении Каталогов еврейских шрифтов (Specimens of Mediaeval Hebrew Scripts) [9], а также в монографии д-ра Ады Ярдени [10] предложены варианты «протополукурсивного типа письма» и «протокурсивного типа письма» в еврейских кодексах, которые, как представляется, описывают более последовательную картину трансформации еврейских шрифтов, чем предложенная проф. Ольшови-Шлангер версия.

6. Наименования всех букв приводятся в данной статье в упрощенной транслитерации.

7. Аппарат работы мастера с текстом – это набор технических приемов, которые помогали писцу справиться с задачей расположения материала (самого текста рукописи) в рамках текстового поля. К ним относятся: заполнение строки, выделения определенных букв, слов или фраз в тексте, исправление допущенных при фиксации текста ошибок и любая другая корректура, а также расположение стихотворных строф и обозначение их начала, середины и конца при необходимости (подробнее см.: [7, c. 65–75]).

8. Автор считает возможным выделить эту особенность почерка потому, что в других регионах распространения еврейской рукописной традиции подход к выделению основных и «дополнительных» элементов букв будет варьироваться.

9. Рукопись из Тарома 1422 г.: частная коллекция М. Бенаяху (M. Benayahu), Иерусалим, Израиль. В базе SfarData: 0A071. Рукопись из Кума 1484–1485 гг.: Heb. e. 60 Бодлеанская библиотека, Оксфорд, Великобритания. В базе SfarData: 0C336.

10. Например, в рукописи шифра Евр.–Ар. I 1814 (ОР РНБ) 1405 г. Это комментарий на еврейско-арабском языке к Танаху, Еврейской Библии. В базе SfarData: 0R202.

11. Такую манеру начертания букв палеографы называют «переплетением» (nesting letters) и «встраиванием» (embedded letters). Подобные явления можно отмечать в более ранних рукописных памятниках с территории современных арабских стран (см.: [11, c. 304–308]). Среди известных сегодня домонгольских «персидских» еврейских памятников (до XIII в.) такой способ расположения букв встречается в письмах Афганской генизы, в кодексах он отмечается с более позднего времени.

12. Отличительные особенности развития еврейского письма можно указать только для рукописей XV–XVI вв. в Бухаре. Это намного более вытянутые в горизонталь буквы, с заметным удлинением нижних элементов [10, c. 222–223].

13. Рукопись из Института Бен-Цви № 4562. Описание и иллюстрации опубликованы в каталоге А. Нецера [12]. В базе SfarData: 0A093.

14. Рукопись из Института Бен-Цви № 1077. Описание и иллюстрации опубликованы в каталоге А. Нецера [12]. В базе SfarData уже не учитывается (только рукописи до 1550 г.).

15. Автор намеренно избегает указывать место создания рукописи в данной статье, так как этот топоним вызывает дискуссии среди исследователей. Есть предположения, что «Санджан, что на реке Фархан / Фаркан / Паркан», как написано в рукописи, – это Саманган в нынешнем Афганистане или же, наоборот, город в Ираке [12, № 1077].

16. Интересно, что подобное же Х. Лавдей пишет и о бумаге производства Сирии или Египта. Однако она указывает на существенное отличие: к XV в. и далее сиро-египетская бумага верже все больше вытесняется бумагой с понтюзо, становится все светлее и более высокого качества. В Персии этот скачок происходит резко как раз в XV столетии [13, с. 70–76].

 

Список литературы

1. Moreen V. B. Catalog of Judeo-Persian Manuscripts in the Library of the Jewish Theological Seminary of America. Leiden, Boston: Brill; 2015. 488 p. DOI: 10.1163/9789004281301.

2. Белкина Е. М. Ранние этапы реставрации двух еврейско-персидских средневековых рукописей. Вещь – символ – знак в славянскои и евреискои культурнои традиции. М.: Сэфер; 2019. С. 61–74. DOI: 10.31168/2658-3356.2019.4.

3. The Israel Academy of Sciences and Humanities. The National Library of Israel. SfarData. .ספר-דתאThe Codicological Data-Base of the Hebrew Palaeography Project. – Available from: http://sfardata.nli.org.il/startSearch_He [Accessed 2nd September 2021].

4. Beit-Arie M. Why Comparative Codicology? Gazette du Livre Médiéval. 1993;23(1):1–5. DOI: 10.3406/galim.1993.1245.

5. Olszowy-Schlanger J. Check list for observation and evaluation of Hebrew script. Instrumenta BwB 2, 2013. – Available from: http://hebrewmanuscript.com/instrumenta.htm [Accessed 15th October 2021].

6. Beit-Arie M. Hebrew Codicology. In: Bausi A., Borbone P. G., Briquel-Chatonnet et al. (eds) Comparative Oriental Manuscript Studies: An Introduction. Hamburg: COMSt; 2015. P. 54–55, 208–234. DOI: 10.1353/mns.2016.0004

7. Якерсон С. М. Евреиская средневековая книга: Кодикологические, палеографические и книговедческие аспекты. М.: РГГУ; 2003. 253, [1] c.

8. Olszowy-Schlanger J. Early Babylonian ‘Documentary’ Script: Diplomatic and Palaeographical Study of Two Geonic Letters from the British Library Cairo Genizah Collection. Manuscrits hébreux et arabes: Mélanges en l’honneur de Colette Sirat. Turnhout: Brepols; 2014. P. 177–195. DOI: 10.1484/M.BIB.1.102091

9. Beit-Arie M., Engel E., Yardeni A. Specimens of Mediaeval Hebrew Scripts. Vol. I: Oriental and Yemenite Scripts. Jerusalem: Israel Academy of Sciences and Humanities; 1987. 325 p. (На ивр.)

10. Yardeni A. The Book of Hebrew Script: History, Paleography, Script Styles, Calligraphy & Design. Delaware: Oak Knoll; 2003. 355 p.

11. Olszowy-Schlanger J. Glossary of Difficult Words in the Babylonian Talmud (Seder Mo’ed) on a Rotulus. In: Brooke G. J., Smithuis R. (eds) Jewish Education from Antiquity to the Middle Ages: Studies in Honour of Philip S. Alexander. Leiden: Brill; 2017. P. 297–323. DOI: 10.1163/9789004347762_014.

12. Netser A. Manuscripts of the Jews of Persia in the Ben Zvi Institute. Jerusalem: Makhon Yad ben Tsvi; 1985. 234 p. (На ивр.)

13. Loveday H. Islamic Paper: a Study of the Ancient Craft. London: Archetype Books; 2007. 90 p.

14. Beit-Arie M. The Oriental Arabic Paper. Gazette du Livre Médiéval. 1996;28(1):9–12. DOI: 10.3406/galim.1996.1329.


Об авторе

Екатерина Максимовна Белкина
Институт восточных рукописей РАН
Россия

Белкина Екатерина Максимовна – аспирант

Санкт-Петербург



Дополнительные файлы

Рецензия

Корреспонденция: Рецензент A – Автору

Научный уровень: Исключительно высокий
Релевантность темы статьи специализации журнала: Да
Соответствие требованиям издания:
По научным методам
По содержанию статьи
По глубине анализа
Новизна: Очень высокий уровень (top 50%)
Соответствие этическим требованиям: Отвечает требованиям беспристастности с точки зрения конфликта интересов
Название: Соответствует содержанию рукописи
Аннотация: Структурирована
Введение: Определена цель исследования
Определена задача исследования
Обоснована значимость
Обзор литературы: Является целостным
Методы: Представлено обоснование выбранных методов исследования
Результаты: Четко объяснены
Обсуждение: Авторы дают ответ на поставленный в исследовании вопрос
Выводы: Авторы отмечают ограничения исследования
Список литературы: Отсылки на статьи из списка литературы в тексте статьи являются корректными
Рекомендации: Принять статью к публикации (статья готова к публикации в текущем представлении. Статья обоснована, этична, значима для научного сообщества и дополняет уже опубликованные работы, стиль письма четкий и лаконичный)

Рецензент B:

Научный уровень: Выше среднего (top 20%)
Релевантность темы статьи специализации журнала: Да
Соответствие требованиям издания: По структуре статьи
По содержанию статьи
По следованию принципам беспристрастности научного исследования
По воспроизводимости результатов исследования
Новизна: Выше среднего (top 20%)
Соответствие этическим требованиям: Отвечает требованиям оригинальности
Отвечает требованиям беспристастности с точки зрения конфликта интересов
Отсутствует избыточность наличия плагиата
Название: Соответствует содержанию рукописи
Аннотация: Структурирована
Содержит описание целей
Содержит описание результатов
Содержит описание значимости
Понимаема без прочтения рукописи
Введение: В меру краткое
Определена цель исследования
Определена задача исследования
Обоснована актуальность
Обоснована значимость
Наличие сформулированной гипотезы (применимо для «Оригинальных исследований»)
Комментарии: Отсутствие четкой терминологической системы с ясно проведенными границами между понятиями одновременно с употреблением двусмысленных или же неопределенных выражений вызвало наибольшие вопросы к тексту статьи (см. №№ 1, 1а, 7, 9, 12, 16 в приложенном файле).
Обзор литературы представляется недостаточным в контексте заявленной темы (см. ниже и №№ 3, 3а, 8, 10, 15, 17 в приложенном файле).
Обзор литературы: Не является целостным
Комментарии: Обзор литературы представляется фрагментарным: автор демонстрирует знакомство с фундаментальными трудами, однако некоторые значимые современные работы, по-видимому, выпали из круга внимания автора. В результате некоторые интерпретации автора (например, интерпретация явления, когда «вторая буква начинается над нижними элементами предыдущей» как «следующего этапа развития» (с. 13)) входят в противоречие как с известным материалом, так и с известной литературой (детали см. № 15 в приложенном файле).
В некоторых случаях, например, при характеристике еврейско-иранских рукописей как категории, хотелось бы видеть ссылки на более обширный корпус литературы.
Методы: Представлено обоснование выбранных методов исследования
Другой исследователь сможет воспроизвести результаты исследования, используя предложенные методы
Представлен дизайн исследования
Анализ данных помогает в достижении поставленной цели
Комментарии: Уточнение используемых автором терминов и включение или же критика некоторых работ (подробнее см. № 3 в приложенном файле) прояснит содержание этой секции.
Результаты: Четко объяснены
Результаты являются ожидаемыми
Отсутствуют результаты, которым не предшествует соответствующее описание в разделе «Методы»
Обсуждение: Является кратким
Авторы дают ответ на поставленный в исследовании вопрос
Описывается потенциальный вклад, который вносит исследование в отрасль и в глобальную науку
Комментарии: Хотелось бы дополнить раздел объяснением значимости анализируемой автором рукописи в контексте изучения "недатированных еврейских или еврейско-персидских памятников".
Выводы: Авторы отмечают ограничения исследования
Авторы отмечают направления будущих исследований
Список литературы: Соответствует формату журнала
Отсылки на статьи из списка литературы в тексте статьи являются корректными
Пропущены значительные работы, которые следовало отметить
Комментарии: О литературе см. выше и приложенный файл.
Рекомендации: Принять после значительной доработки и рецензирования статьи




Корреспонденция: Рецензент B – Автору
28.09.2021

Научный уровень: Выше среднего (top 20%)
Релевантность темы статьи специализации журнала: Да
Соответствие требованиям издания: По структуре статьи
По содержанию статьи
По следованию принципам беспристрастности научного исследования
По воспроизводимости результатов исследования
Новизна: Выше среднего (top 20%)
Соответствие этическим требованиям: Отвечает требованиям оригинальности
Отвечает требованиям беспристастности с точки зрения конфликта интересов
Отсутствует избыточность наличия плагиата
Название: Соответствует содержанию рукописи
Аннотация: Структурирована
Содержит описание целей
Содержит описание результатов
Содержит описание значимости
Понимаема без прочтения рукописи
Введение: В меру краткое
Определена цель исследования
Определена задача исследования
Обоснована актуальность
Обоснована значимость
Наличие сформулированной гипотезы (применимо для «Оригинальных исследований»)
Комментарии: Отсутствие четкой терминологической системы с ясно проведенными границами между понятиями одновременно с употреблением двусмысленных или же неопределенных выражений вызвало наибольшие вопросы к тексту статьи (см. №№ 1, 1а, 7, 9, 12, 16 в приложенном файле).
Обзор литературы представляется недостаточным в контексте заявленной темы (см. ниже и №№ 3, 3а, 8, 10, 15, 17 в приложенном файле).
Обзор литературы: Не является целостным
Комментарии: Обзор литературы представляется фрагментарным: автор демонстрирует знакомство с фундаментальными трудами, однако некоторые значимые современные работы, по-видимому, выпали из круга внимания автора. В результате некоторые интерпретации автора (например, интерпретация явления, когда «вторая буква начинается над нижними элементами предыдущей» как «следующего этапа развития» (с. 13)) входят в противоречие как с известным материалом, так и с известной литературой (детали см. № 15 в приложенном файле).
В некоторых случаях, например, при характеристике еврейско-иранских рукописей как категории, хотелось бы видеть ссылки на более обширный корпус литературы.
Методы: Представлено обоснование выбранных методов исследования
Другой исследователь сможет воспроизвести результаты исследования, используя предложенные методы
Представлен дизайн исследования
Анализ данных помогает в достижении поставленной цели
Комментарии: Уточнение используемых автором терминов и включение или же критика некоторых работ (подробнее см. № 3 в приложенном файле) прояснит содержание этой секции.
Результаты: Четко объяснены
Результаты являются ожидаемыми
Отсутствуют результаты, которым не предшествует соответствующее описание в разделе «Методы»
Обсуждение: Является кратким
Авторы дают ответ на поставленный в исследовании вопрос
Описывается потенциальный вклад, который вносит исследование в отрасль и в глобальную науку
Комментарии: Хотелось бы дополнить раздел объяснением значимости анализируемой автором рукописи в контексте изучения "недатированных еврейских или еврейско-персидских памятников".
Выводы: Авторы отмечают ограничения исследования
Авторы отмечают направления будущих исследований
Список литературы: Соответствует формату журнала
Отсылки на статьи из списка литературы в тексте статьи являются корректными
Пропущены значительные работы, которые следовало отметить
Комментарии: О литературе см. выше и приложенный файл.
Рекомендации: Принять после значительной доработки и рецензирования статьи

Корреспонденция: Рецензент B – Автору
Приложение к рецензии
28.09.2021

Уважаемый автор, спасибо за представленную рукопись вашей статьи, которая была прочтена мной с большим интересом. Ваш текст выдает хорошее профессиональное зрение, которым Вы обладаете, внимание к деталям, важное для палеографа, умение сопоставлять. Выбранная Вами тема представляет большую сложность, и тем более радостно, что Вы взялись за ее разработку.
Мне хотелось бы предложить Вашему вниманию несколько комментариев, которые, будучи приняты во внимание, могли бы представить Вашу работу в более выигрышном свете.
1. Хотелось бы, чтобы была явным образом задекларирована система используемых Вами терминов и их соотношение, в частности, различие, которое Вы проводите (или решаете по каким-либо причинам не проводить) между понятиями «шрифта» (в англоязычной литературе: script) и «почерка» (в англоязычной литературе: handwriting). В известной мне литературе «шрифт» - понятие более высокого порядка, определяемое через совокупность характеристик, в частности, через особенности морфологии знаков. Почерк – совокупность индивидуальных особенностей исполнения стандарта шрифта конкретным переписчиком/писцом. a. В свете произведенного разделения этих понятий стоит пересмотреть и совокупность используемых в статье терминов. Например, насколько необходимо вводить термин «перо» (с. 3), который не только может быть воспринят двояко (что Вы сами косвенно признаете), но и нуждается в дополнительном определении через сноску? Необходимы ли выражения «манер[а] начертания букв» (с. 4) или двусмысленные термины, например, «вид … письма» (с. 6, 12), «тип письма» (с. 12), «вариант… письма» (с. 12)? Судя по контексту, в последних случаях Вы имеете в виду «шрифт», но полной уверенности в этом у меня нет. Выражение «характер фиксации текста в памятнике» (с. 1, резюме) также не определено. Если Вы решаете оставить эти термины, следовало бы сделать явным для читателя а) их значение и б) их отличия от терминов «шрифт» и «почерк».
2. Предлагаю ввести бóльшую последовательность в анализ почерка переписчиков/писцов. Сейчас Вы в одном абзаце (с. 7, второй абзац) обсуждаете особенности уровня «шрифт» и особенности уровня «почерк».
3. Хотелось бы, чтобы Вы обозначили свое отношение к современной историографии, в частности, работам проф. Юдит Ослов-Шлангер (Judith Olszowy-Schlanger). Она, например, предложила методику последовательного кодикологического анализа рукописи (Check list for observation and evaluation of Hebrew script, https://www.academia.edu/38308201/JudithOlszowySchlangerChecklistforobservationandevaluationofHebrewscriptHebrewManuscriptcom201318), некоторые элементы которой, например, на уровне морфологии знаков или плотности текста, Вы используете, а некоторые – нет. a. Насколько можно заключить, Вы принимаете разделение шрифтов на квадратные, полукурсивные и курсивные. Как в этом контексте Вы оцениваете дополненную, в частности, проф. Ослов-Шлангер, классификацию, включающую, например, букхэнд (bookhand) или характерный для документов (documentary) шрифты? Может ли ее применение быть полезным в контексте исследуемой Вами рукописи?
4. Почему имя проф. Бейт-Арье у Вас передается как «Малахия», а не «Малахи» (с. 5)?
5. Возможно, имело бы смысл заменить прилагательное «некий» и его формы (стр. 3, 5 (сноска), 13) на более содержательные определения или отказаться от него вовсе?
6. Текст выиграл бы от дополнительной вычитки: например, «вид… письма, который… стремиться…» (с. 6); «той же алеф» (с. 13).
7. «… авторство текста…» (с. 3, сноска 2) – данное выражение может быть понято так, что переписчики текста были одновременно его авторами.
8. «Еврейские рукописи более поздних периодов, Нового времени, исчисляются тысячами» (с. 2) – здесь имеются в виду еврейско-персидские рукописи Нового времени, верно? Мне также кажется, что здесь была бы уместна ссылка на соответствующие обзорные работы.
9. «Способ компоновки всего конволюта» (с. 4) – что имеется в виду под «способом компоновки»?
10. Вы заключаете, что «в руках исследователей находится всего менее тысячи рукописей старше XV в. » (с. 3) лишь на основании каталога рукописей, находящихся в Jewish Theological Seminary of America?
11. «… о наличии двух исходных рукописных памятников, о работе двух переписчиков» (с. 8) – если вторая часть, относительно работы двух переписчиков, вопросов не вызывает, то вывод о существовании двух разных [физических] рукописей, выглядит недостаточно обоснованным, если сделан только на основании наличия двух писцов/переписчиков (например, второй переписчик мог быть приглашен для продолжения работы над рукописью после смерти/переезда/подорожания услуг первого). Возможно, здесь имело бы смысл упомянуть дополнительные доказательства в пользу этого утверждения (например, разные характеристики бумаги, если они действительно различаются) или переформулировать Вашу мысль?
12. «… аппарату работы мастера с текстом…» (с. 9, 10, 16; «аппарат фиксации текста», с. 15) - что Вы имеете в виду под «аппаратом работы с текстом» и «аппаратом фиксации текста»?
13. Рис. 4 – не кажется ли Вам уместным, комментируя данный разворот, упомянуть также о разнице в качестве исполнения между текстами, выполненными разными переписчиками?
14. «… способ завершения строки посредством вынесения последнего слова над строкой…» (с. 13) – эта формулировка заставляет предположить, что вынесение последнего слова воспринимается Вами как некий регулярный способ строку закончить. В рукописи Sfardata 0R202 этот способ встречается 3 раза (из 17 строк) на первой представленной странице (fol. 4vcolophon), если посчитать букву на предпоследней снизу строке, 5 раз (из 17 строк) на f.3v и 2 раза (из 17 строк) на f.4r. Не могли бы Вы уточнить, что Вы имеете в виду?
15. Относительно интерпретации «наползания» букв на пространство друг друга, «вторая буква начинается над нижними элементами предыдущей» как «следующего этапа развития» (с. 13). Насколько мне известно, такое явление встречается в рукописях с 10-11 вв. (например, T-S 13J25.10, ознакомиться можно здесь https://cudl.lib.cam.ac.uk/view/MS-TS-00013-J-00025-00010/1); проф. Ослов-Шлангер называет это явление «нестингом» (nesting), подробнее, см., например, Glossary of Difficult Words in the Babylonian Talmud on a Rotulus (https://www.academia.edu/38308346/JudithOlszowySchlangerGlossaryofDifficultWordsintheBabylonianTalmudSederMoedonaRotulusinGeorgeJBrookeandRenateSmithuisedsJewishEducationfromAntiquitytotheMiddleAgesStudiesinHonourofPhilipSAlexanderLeidenBrill2017297323).
16. Не могли бы Вы, пожалуйста, дать определение термину «вертикаль текста» (с. 13)?
17. Ваше замечание о трудностях при палеографическом и кодикологическом анализе «арабских» и «персидских» рукописей является в крайней степени верным. Возможно, вам будет интересно ознакомиться со следующей статьей проф. Ослов-Шлангер – “Early Babylonian ‘Documentary’ Script: Diplomatic and Palaeographical Study of Two Geonic Letters from the British Library Cairo Genizah Collection” (https://www.academia.edu/38308269/JudithOlszowySchlangerEarlyBabylonianDocumentaryScriptDiplomaticandPalaeographicalStudyofTwoGeonicLettersfromtheBritish
LibraryCairoGenizahCollectioninManuscritsh%C3%A9breuxetarabesM%C3%A9langesenlhonneurdeColetteSiratTurnhoutBrepols2014177195), где, в числе прочего, приводится библиография вопроса.
Надеюсь, приведенные комментарии окажутся полезными Вам в Вашей работе.

Корреспонденция: Автор – Рецензенту B
2021-10-15

Я благодарна и признательна рецензентам за внимание к моей статье!
Отдельное спасибо рецензенту, который отнесся с таким профессиональным вниманием к тем частям текста, которые можно было улучшить, что я и постаралась сделать. Для меня очень ценно было увидеть, какие терминологические моменты не всегда отчетливы и ясны в моих текстах.
Я загрузила в графу "авторский файл" обновленный текст статьи без метаданных - правильно?
Если же от меня требуется дополнительная информация или необходимо также прислать заново метаданные, пожалуйста, держите меня в курсе.
С уважением, Автор

Корреспонденция: Автор-Рецензенту B
04.11.2021

Уважаемый Рецензент В,
Я выражаю Вам свою благодарность за присланный отзыв на мою статью «Между Средневековьем и Новым временем: датировка нескольких фрагментов еврейско-персидской рукописи (С40 Евр. фонда ИВР РАН)».
В обновленном варианте статьи, который, если я правильно понимаю, Вы также получите как рецензент, Вы сможете увидеть, что я принимаю порядка 90% Ваших замечаний.
Наиболее важным для меня было то, что Вы отметили размытость терминологии. В обновленной версии статьи я уточнил/-а терминологию по еврейской палеографии и историографию вопроса, которые, надеюсь, улучшат и облегчат понимание текста. В своей рецензии Вы отсылаете меня к работам проф. Ольшови-Шлангер, с некоторыми из которых я был/-а знаком/-а, с другими же был/-а рад/-а познакомиться. Мои комментарии по поводу предлагаемых ею вариантов наименования некоторых явлений, а также мое отношение к ее типологизации нашли отражение в статье.
Однако, я с удовольствием обозначу свою позицию к ее типологизации более широко здесь, как Вы просили: дело в том, что, работая в основном с теми фрагментами, которые сохранились в Каирской генизе, проф. Шлангер выстраивает концепцию некоторого «протокола», который вели писцы во время работы академий в Суре и Пумбедите. Отсюда появляется термин «documentary» относительно шрифта, который, как Вы знаете, начал формироваться еще до Х в. и использовался в переписках, личных заметках и работах писцов. В этой типологизации он ставится в противовес тому шрифту, который использовали профессиональные сойферы для создания кодексов для чьих-либо личных библиотек или, более распространенный случай, для передачи библейского текста, Торы, а также текстов для мезуз и тфилинов. В этом, на мой взгляд, заключается основная черта, по которой проф. Шлангер обозначает тот или иной шрифт как «documentary». Однако, в рамках развития самих шрифтов и того, как они трансформировались в веках, этот подход я не могу назвать основополагающим. Он не позволяет использовать шрифт при датировке памятников. «Nesting» и другие виды переплетения букв появляются не сразу, а в определенный период и в отдельных регионах. Именно то, каким образом эти переплетения фиксируются переписчиками (справа начинают писать, слева, сверху, снизу и т. д.), является показательной особенностью при статистическом рассмотрении еврейских шрифтов для разных регионов. Шрифты, которые сформировались в Европе, совершенно отличаются от шрифтов, которые развились на Востоке. Поэтому я пользуюсь типологией, разработанной израильскими учеными.
Израильтяне и другие палеографы рассматривают содержание текста и шрифт отдельно друг от друга. Проф. Шлагер же в обязательном порядке выделяет их взаимосвязь. Она не ставит перед собой цель в различении «documentary» шрифта XIV в. в Персии и «documentary» шрифта XVI в. в Персии, а я ставлю. Наиболее важными в этом деле тогда для меня являются альбомы, подготовленные Палеографическим проектом, по тем видам шрифтов, которые можно обнаружить в восточных датированных еврейских рукописях (см. в списке литературы М. Бейт-Арье и Э. Энгель): было опубликовано 3 тома по разным регионам под общим заглавием «Specimens of Mediaeval Hebrew Scripts». Я пользуюсь в рамках статьи только восточным.
Эта тема, разработка типологизации и периодизации восточных еврейских средневековых шрифтов, является большой частью моей диссертации. Я надеюсь, что в ближайшие 2-3 года исследователи смогут познакомиться с моими результатами.
Однако, в рамках статьи рассматривать разницу между типологизациями я считаю излишним, так как это не является целью статьи. Поэтому этот вопрос был изначально опущен в тексте. Сейчас Вы увидите, что я кратко описываю существующие типологизации.
Почти все остальные замечания были мою приняты, и я еще раз выражаю Вам благодарность за работу со статьей и за интересные комментарии!

С уважением,
Автор

Рецензирование. Раунд 2
Корреспонденция: Рецензенту B – Автору
06.11.2021

Уважаемый автор,
спасибо большое за представленный Вами ответ и внесенную правку, которая, как мне кажется, сделала Ваш текст гораздо более ясным для понимания, четким и последовательным. Мне было также очень интересно ознакомиться с Вашей позицией относительно работ проф. Шлангер, которую Вы выразили в своем «Ответе».
Оставшиеся у меня комментарии касаются почти исключительно используемых Вами формулировок.
1. Стр. 9 – «Здесь отчетливо видна разница в манере написания букв … Она прослеживается систематически в обоих фрагментах, что позволяет нам утверждать о работе двух переписчиков» - несмотря на то, что Вы фактически анализируете гораздо бóльшее число характеристик, чем написание алефа, данная формулировка создает впечатление, что вывод о наличии двух переписчиков сделан исключительно на основании разницы в манере написания одной буквы. Предлагаю переформулировать.
2. Стр. 13 – «все три почерка представляют собой варианты восточного полукурсивного письма» - может быть, удачнее было бы сказать, что «все три переписчика пользуются вариантами полукурсивного письма»?
3. Стр. 13 – «за подобным типом письма кроется стремление переписчиков» - возможно, удачнее сказать, что «за выбором подобного типа письма кроется…»?
4. Сноска 11 – «… способ расположения букв встречается в письмах Афганской генизы, в рукописях он отмечается…» - данная формулировка (за счет противопоставления «писем» и «рукописей») создает впечатление, что содержание Афганской генизы – не рукописи, а нечто другое. Предлагаю переформулировать.
5. Стр. 14 – «Складывается впечатление, что перед нами некий следующий этап развития и трансформации еврейского письма» - данная формулировка создает впечатление, что Вы говорите о еврейском письме в целом – не на территории Большого Ирана «между Средневековьем и Новым временем», а именно о тенденции, характерной для всех еврейских рукописей всехгеографических зон во время всего периода их существования. В результате получается противоречие со сноской 11, где Вы, во-первых, признаете существование nesting «в более ранних … памятниках с территории современных арабских стран», во-вторых, указываете на существование домонгольских рукописей из Афганской генизы, где nesting встречается. Кроме того, данная формулировка создает впечатление, что Вы делаете вывод о наступлении «следующего этапа развития… еврейского письма» на основании всего нескольких рукописей. Мне кажется, было бы уместно сузить и уточнить изначальную формулировку, показав, что Вы (если мое предположение соответствует действительности) говорите о «следующем этапе в» развитии «прото-полукурсивного» типа письма на территории Большого Ирана в период между монгольским завоеванием и XVI в.
6. Стр. 15 – «По-видимому, это один из этапов дальнейшего развития полукурсивного типа письма» - эта формулировка, как и предыдущая, создает впечатление, что Вы говорите не о иудео-персидской рукописной традиции, а делаете широкие выводы о всех еврейских рукописях. Поскольку страницей выше Вы совершенно справедливо пишете, что у Вас недостаточно выборки, возможно, следует сузить эту формулировку?
7. Стр. 17 – «как тексты, зафиксированные на этих страницах» - Вы, наверное, имеете в виду не «текст» (он, если я правильно понимаю, один – поэма Шахина), а почерка и/или типы шрифта?
8. Стр. 18 – проф. «Малахия» Бейт-Арье, тогда как на стр. 5 «Малахи».
9. Стр. 13 – «…буквы прописаны детально и соответствуют «стандарту», который мы встречаем во многих рукописных памятниках» - если под «стандартом» Вы понимаете «уставной тип фиксации», т.е. квадратный шрифт, то предлагаю отказаться до дополнительного термина «стандарт»; если же Ваше определение «стандарта» включает какие-то иные особенности, то представляется крайне уместным включить ссылку на рукопись(и), в которых этот стандарт отражен.

Надеюсь, Вы найдете данные комментарии полезными для себя.
С уважением,
Рецензент

Корреспонденция: Автор – Рецензенту B
2021-11-10

Уважаемый Рецензент,
Благодарю Вас за внимание к моей статье.
Стр. 9 – Вы правы, я вижу это несоответствие, поэтому добавляю уточнение после абзаца: «Безусловно, это предположение основывается не исключительно на способе начертания буквы алеф, о чем речь пойдет ниже, однако именно написание алеф, на наш взгляд, наиболее показательно отражает многие характеристики, присущие почеркам обоих переписчиков.»
Стр. 13 – формулировки приняты.
Сноска 11 – «… способ расположения букв встречается в письмах Афганской генизы, в кодексах он отмечается…» - слово «рукописи» заменено на «кодексы». Вы правы, это важное уточнение (будто письма – это не «рукописи»). Однако, я обращаю внимание сейчас на англоязычные статьи по еврейской палеографии и вижу, что «manuscripts» используются именно в значении кодексов, не подразумевая под собой документы, в том числе и письма. Я буду рад/-а узнать Ваше мнение по этому поводу.
Стр. 14 – безусловно, речь идет о развитии письма в Большом регионе на рубеже Средних веков и Нового времени. Уточнения приняты:
«Складывается впечатление, что перед нами некий следующий этап в развитии и трансформации еврейского квадратного и полукурсивного типа письма в регионе Большого Ирана в этот период…»
Стр. 17 – Уточнено: «По-видимому, это один из этапов дальнейшего развития полукурсивного типа письма в регионе в данный период».
Стр. 18 – Уточнено: «как типы шрифта, зафиксированные на этих страницах».
Стр. 19 – Уточнено: «Малахи…».
Стр. 13 – Изменено на «Некоторые буквы прописаны детально и соответствуют шрифту, который мы встречаем».
С уважением,
Автор

Рецензирование. Раунд 3
Корреспонденция: Рецензент B – Автору
15.11.2021

Уважаемые автор и редактор,
предложенные мной уточнения были автором внесены. В своем настоящем виде статья может быть принята к публикации с соблюдением процесса редакционной подготовки.

С уважением, рецензент

Для цитирования:


Белкина Е.М. Между Средневековьем и Новым временем: датировка нескольких фрагментов еврейско-персидской рукописи (С40 Евр. фонда ИВР РАН). Ориенталистика. 2021;4(5):1219-1237. https://doi.org/10.31696/2618-7043-2021-4-5-1219-1237

For citation:


Belkina E.M. Medieval or Early Pre-Modern? Dating Several Fragments from a Judeo-Persian Manuscript (C40 Hebrew, the IOM RAS). Orientalistica. 2021;4(5):1219-1237. (In Russ.) https://doi.org/10.31696/2618-7043-2021-4-5-1219-1237

Просмотров: 235


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2618-7043 (Print)
ISSN 2687-0738 (Online)